22.02.2019      1692      0
 

Раскол на Украине – новый удар Запада по русским.


Архиепископ Монреальский и Канадский Гавриил, управляющий приходами РПЦЗ в Канаде, оценил действия Константинополя как «…трагическое событие и вопиющее беззаконие со стороны константинопольского патриарха Варфоломея.

И даже нужно полагать, что он здесь действовал не один: ему в какой-то мере помог Запад, который, без сомнения, помог смене власти в Украине, после чего начала развиваться ненависть ко всему русскому, а теперь это перешло и на церковь»

Впрочем, «официальный» Киев и украинские нацисты считают по-другому: новая независимая украинская церковь стала зримым символом провала постсоветского неоимпериализма путинского режима. Патриарх Кирилл потерпел историческое поражение. Однако Москва сделает все для того, чтобы максимально осложнить процесс становления украинской церкви.

11 октября 2018 года Священный Синод Вселенского патриархата не только одобрил автокефалию, но снял церковные крещения (то есть возобновил полноценное общение) с главы самопровозглашенного Киевского патриархата Украинской православной церкви Филарета (Денисенко). Причина — необходимость признать, что все рукоположения епископов и священников, совершенные им за последние 20 с лишним лет, законны (на церковном языке — каноничны).

Для многих из нас, наблюдающих за разворачивающимися на Украине эпохальными и не совсем понятными событиями, остается неясным – что же это за структура «Вселенский патриархат», откуда она взялась и каким образом смогла получить такое влияние на православный мир?

Для того чтобы ответить на эти вопросы и понять, что же сейчас происходит во взаимоотношениях Русской и Константинопольской Церквей, стоит вспомнить историю столетней давности…

Поражение Турции в Первой мировой войне способствовали резкому росту шовинизма греков с надеждами на скорое вытеснение ее из Константинополя и части Малой Азии. В официальных изданиях Константинопольской и Александрийской Церквей даже публиковались пафосные статьи о том, что «греческая нация будет счастлива и горда лицезреть, как Константинополь станет наконец центром православия, а епископ его, возвышающийся над нациями и племенами, станет видимым главой всех Православных Церквей».

Последующие события обернулись жестоким разочарованием. Греческая авантюра — военный поход в Малую Азию — закончилась в 1922 г. страшным разгромом и геноцидом греческого населения в возродившейся Турции. Одна только резня греческого населения в Смирне (ныне Измир) осталась в памяти православной Греции как величайшая трагедия ХХ столетия.

А написанный вскоре победный «Измирский марш» до сих пор остается самой известной патриотической песней Турции и нерукотворным памятником Кемалю паше Ататюрку. Сама же Константинопольская Патриархия едва не была изгнана из Стамбула и буквально чудом удержалась в своем традиционном местопребывании.

Это чудо, а точнее, сделка с победителем вскоре привела ее к беспрецедентной экспансии в мировом масштабе с целью наполнить свое почетное «Вселенское» титулование реальным содержанием – стать своего рода восточным Ватиканом, подчинив себе все остальные Православные Поместные Церкви.

В 1922 г. новоизбранный Константинопольский Патриарх Мелетий (Метаксакис) перешел от слов к делу и начал проводить активную захватническую политику. Им был издан томос о праве Константинополя на управление всеми без исключения православными приходами, находящимися вне пределов Поместных Православных Церквей, в Европе, Америке и других местах.

Реализовать эту амбициозную программу можно было только при условии утраты Русской Церковью ее былых позиций и главным образом за ее счет. Было осуществлено вмешательство в жизнь епархий Русской Православной Церкви в Польше, Финляндии и Эстонии (разумеется, без какого-либо согласования с Московской Патриархией и даже вопреки ее протестам).

При этом в гонителях Русской Церкви – большевиках – Фанар (Константинопольская Патриархия) увидел инструмент своего выживания и укрепления.
Характерной приметой деятельности Мелетия (Метаксакиса) стал крайний модернизм и стремление приспособить Православную Церковь к новым реалиям ради заключения унии с Англиканской Церковью, что позволило бы Константинополю опереться на военно-политическую мощь Великобритании (в то время еще бывшей мировой державой № 1) в решении все той же задачи своего возвышения.

Все это вполне отвечало и британским интересам. В конце концов, для получения контроля над стратегическими проливами были хороши любые средства…
Один из англиканских епископов, участников переговоров с фанариотами, впоследствии вспоминал, как греческие представители кулуарно говорили ему: «Если Англия сможет заполучить для нас Святую Софию, мы с удовольствием признаем любые рукоположения и согласимся практически с любым учением».

Такова была цена православности Фанара, который одновременно вел активные действия и против Русской Церкви.

В мае 1922 г. в Русской Церкви произошел обновленческий раскол и Константинопольская Патриархия в лице своего официального представителя в Москве архимандрита Иакова (Димопуло) сразу же проявила к нему повышенный интерес и предложила свои услуги.
В июне 1922 г. главного куратора церковного раскола по линии Политбюро ЦК РКП(б) Л. Д. Троцкого информировали, что архимандрит Иаков несколько раз являлся к обновленцам с сообщениями, что «его господин, святейший Вселенский Патриарх», мог бы прибыть в Москву на планируемый обновленческий собор, признать раскольническое «Высшее церковное управление», участвовать в суде над Патриархом Тихоном и сделать все, что нужно обновленцам, «вплоть до низложения Тихона по всем каноническим правилам».

За эту услугу представитель Фанара просил вернуть муниципализированное здание московского подворья Константинопольской Патриархии, ранее использовавшееся греками как доходный дом, и выплатить ему сверх того 10 000 турецких лир. С тех пор размеры «вознаграждения» за такие услуги многократно возросли.

Обновленцы были бы рады видеть Мелетия на своем сборище, но тут ветер переменился — Великобритания в тот момент заняла жесткую антисоветскую позицию, в том числе и в вопросе о намечавшейся большевиками расправе над святым Московским Патриархом. Проанглийски ориентированный Мелетий, резко сменив курс, в Москву не поехал и даже лицемерно выступил в защиту гонимого Патриарха Тихона.

Несмотря на это Константинопольская Патриархия не отказалась от дальнейшей поддержки раскольников — обновленцев. В 1924 г. из Стамбула в Москву должна была отправиться «особая патриаршая комиссия», причем специально оговаривалось, что она «в своих работах должна опираться на те тамошние церковные течения, которые верны существующему в России правительству», то есть на обновленцев. Восшедший на Константинопольский престол после Мелетия IV Григорий VII пожелал, чтобы Патриарх Тихон «пожертвовал собой, немедленно удалившись от управления Церковью», и чтобы вообще московское патриаршество было упразднено (!).

Уровень взаимодействия обновленцев с фанариотами характеризуется уже тем, что занявший место умершего в начале 1924 г. архимандрита Иакова его племянник Василий (тоже Димопуло) состоял в лжесиноде раскольников, принимал участие во всех их важнейших мероприятиях и – что совсем скандально – регулярно им сослужил, то есть вошел уже не просто в протокольное, но и в евхаристическое общение с безблагодатным псевдоцерковным сообществом. Причем это осуществлялось с ведома и одобрения его патриархии.

И если пределом мечтаний Димопуло было здание бывшего Константинопольского подворья в Москве, то его начальство мыслило более глобально: главным же инструментом утверждения гегемонии Константинополя в православном мире по замыслу фанариотов должен был стать новый «Вселенский Собор». Фанар был заинтересован, чтобы вместо представителей Русской Церкви в нем приняли участие дружественные ему обновленцы. Особое усердие здесь проявлял ставший в конце 1929 г. новым Константинопольским Патриархом Фотий II, который попытался извлечь максимум выгод из бедственного положения Русской Церкви.

Однако резкое ухудшение международной обстановки в связи с приближением и началом Второй мировой войны сделало на время «вселенские» инициативы Константинополя неактуальными.
После войны Фанар полностью переориентировался на Соединенные Штаты.
Продвинутый ими на Константинопольскую кафедру американо-греческий архиепископ Афинагор прямо заявлял в 1953 г. генконсулу США в Стамбуле, что «краеугольным камнем его деятельности как Патриарха он видит продвижение американских идеалов».

С той поры едва ли что-то существенно изменилось в плане зависимости Фанара от политики США. Изменилось лишь то, что, если в 1950-е Америка еще могла именоваться христианской страной, то теперь уже однозначно нет.


Между тем натиск фанариотов, стремящихся захватить и утвердить свою власть в мировом Православии, с каждым годом усиливается. Важнейшим инструментом этого является так называемый Всеправославный Собор.

Регламентом этого мероприятия Константинопольскому Патриарху (именуемому в документе исключительно Вселенским) усваиваются чрезвычайные права. Он созывает Собор, назначает его время и место, председательствует на нем, направляет ход дискуссий, предоставляя (или не предоставляя) слово членам Собора (подчеркнуто, что «никто не может говорить, предварительно не испросив и не получив разрешения председателя Собора»).

Подписанные решения Собора, как сказано в регламенте, «направляются патриаршими письмами Вселенского Патриарха Предстоятелям Автокефальных Православных Церквей, которые доводят их содержание до сведения своих Церквей». То есть без получения санкции Константинопольского Патриарха другие Предстоятели даже не вправе известить свои Церкви о том, какие же документы они подписали.

Разумеется, в регламенте нет ни слова о возможности соборного суда над главой Фанара, вся установленная процедура это категорически исключает. До римско-католического подхода не хватает разве что тезиса об учительной непогрешимости Вселенского Патриарха. С подлинным православием навязываемый Церкви константинопольский папизм совершенно несовместим.

Смысл проведения «Святого и Великого Собора» на Крите летом 2016 г. заключался не в подписании нескольких деклараций, не принимаемых всерьез даже самими фанариотами, а в утверждении новой модели управления мировым Православием, в которой Фанар обретает господство над другими Поместными Церквами, а через него – те силы (только весьма мутировавшие), которым в свое время клялся в верности Патриарх Афинагор.

По милости Божией в последний момент Русская Православная Церковь (вслед за Антиохийской, Грузинской и Болгарской) отказалась участвовать в критском действе, что автоматически лишило его статуса Всеправославного Собора.

Очевидной местью Константинопольской Патриархии Русской Церкви стало грубое вмешательство фанариотов в дела Православной Церкви на Украине. Точно так же, как в 1920-е годы Фанар поддерживал раскольников-обновленцев, сейчас он встал на сторону раскольников-автокефалистов.

Как тогда, и даже более, очевидна политическая подоплека его действий, так как активно навязываемая автокефалия Украинской Православной Церкви обусловлена лишь интересами далеких от православия политиков и даже враждебных ему. При этом следует отметить, что еще в 1992 году Русская Православная Церковь уже предоставила Украинской Церкви статус самоуправляемой, которая фактически намного более независима от Московского Патриархата, нежели чем новосозданная структура — от Константинополя.

Крайне сомнительно, что американская марионетка, в которую выродилась Константинопольская Патриархия, сможет сыграть сколь-либо конструктивную роль в событиях на Украине. Когда-то она действительно была оплотом Православия, но за последние сто лет, до крайности себя скомпрометировала и уже не может претендовать на ведущую роль в решении церковных проблем. Фанар утратил признаки православности.

Практически одновременно с антиканоническим направлением «экзархов» Константинопольской Патриархии в Киев, принято решение о допустимости второбрачия духовенства.
Тем самым фанариоты вопиющим образом попрали уже не только вековые каноны Православной Церкви, но и само Священное Писание (см.: 1 Тим. 3, 2, 12, Тит. 1, 6). Нельзя сказать, что это принципиально ново: подобный проект в свое время продвигал еще печальной памяти Мелетий (Метаксакис) и некоторые другие деятели. Но тогда этот проект реализовали только обновленцы, за что были презираемы православными верующими. Теперь это возвещает ex cathedra сам Патриарх, именующийся Вселенским.

Это только первый шаг Фанара, за которым последуют и другие, более гибельные: «венчание» однополых браков, посвящение «венчанных» таким образом в иерархические степени и т.д. Словом – все то, что можно видеть сейчас в западных протестантских деноминациях, поскольку происходит это под воздействием тех же сил, в фарватере политики которых движется Фанар. Конечно же, Русской Православной Церкви с ним в этом апостасийном движении не по пути. Не по пути с ним и православным верующим Украины, равно как и других стран.

Но, скорее всего, цели авторов этого фарса лежат далеко даже от задач насильственной трансформации православия и ослабления Русской Православной Церкви. Теперь раскольники могут начать отбирать церковное имущество, и покусятся на лавры — Почаевскую и Киево-Печерскую. Ведь без них невозможно представить полное овладение Фанаром канонической территорией на Украине.

Верующие люди будут отстаивать эти святыни. В результате конфликт может закончиться кровопролитием. Развязать религиозную войну внутри русской православной ойкумены – значит нанести тяжелый удар по России и перспективам восстановления русской цивилизации как альтернативного западному миропроекту.

5 февраля исполнилось ровно четыре года с того дня, как началось перемирие между самопровозглашенными республиками ДНР И ЛНР и киевской Украиной, предусмотренное вторыми «минскими соглашениями».
В реальности враг – киевский нацистский режим — отдохнул, полностью восстановился, переобучил и переоснастил армию, наладил её снабжение и обеспечение, и достиг абсолютной мобилизации населения за счёт правильной идеологической и пропагандистской работы.
Украинская армия и националисты отмобилизованы и готовы к удару. Если новый виток вооруженного конфликта на Украине совпадет с религиозным противостоянием – мало не покажется никому.

источник

 


Переводчик